Куб

Пятеро незнакомцев приходят в себя в металлической комнате и не понимают, как там оказались. Квентин сразу берет командование на себя. Холлоуэй пытается сохранять человечность, хотя ее терпение не бесконечно. Ливен замечает в цифрах закономерность, которую остальные не видят. Уорт почти не говорит, но явно знает больше, чем готов признать. Казан поначалу кажется бесполезным, пока его странности не начинают играть свою роль. Герои открывают люки и шагают в новые комнаты, не зная, убьет ли следующая. Иногда помогает математика, иногда внимательность, иногда просто удача. В тесноте быстро пропадает вежливость: спорят, огрызаются, ищут виноватого. Страх делает Квентина жестче, и группа трещит по швам. Вначале им кажется, что нужно лишь вычислить путь. Позже становится ясно: выбраться мешают не только ловушки. Собственные конфликты расходятся быстрее, чем металлические двери. Куб не спешит объяснять свои правила. Зритель вместе с героями получает только обрывки сведений. Поэтому сильнее бьет не сама конструкция, а то, как легко разумные взрослые теряют голову. Каждый новый страх приближает их к краю, и выход может оказаться не там, где его ищут.